ОЧЕРКИ

ДОМА-КОММУНЫ


После Октября 1917 г. в национализированных домах часто складывались коммуны рабочей молодёжи, которая объединялась для того, чтобы сообща готовить пищу, заботиться о детях, заниматься стиркой и другой домашней работой. В 1925 г. Моссовет объявил конкурс на лучший проект коммунального дома. В основу подобного здания был положен принцип освобождения хозяйки от повседневной работы по дому. Согласно самым осторожным проектам, "жилые ячейки" должны были иметь общие столовые, прачечные, ясли и детские сады. Более радикальные проекты требовали полного обобществления быта.

В Москве воплощением такого взгляда стало студенческое общежитие на улице Орджоникидзе, возведённое в 1929-1930 гг. по проекту архитектора И. С. Николаева. В восьмиэтажной башне располагалась тысяча спальных кабин. В дневном блоке находились столовая и залы для занятий; он связывался со спальным через санитарный корпус, где принимали душ и переодевались. Все принадлежности для занятий и книги оставались в читальном зале, в спальне стояли только кровати и табуреты.

Подобный "тюремный" стиль вызывал очень много протестов. Критика конца 20-х гг. не раз обрушивалась на утвердившийся в архитектуре "культ мёртвого дома" с комнатами-кабинами и складной мебелью.

"Плохую книгу можно не читать, плохую картину можно не смотреть, - писала в сентябре 1929 г. газета "Известия", - но в уродливом доме нельзя не жить..."

вверх