ЭНЦИКЛОПЕДИЯ


ПУЛЬС ЭКОНОМИКИ. МОСКОВСКАЯ ТОРГОВЛЯ


  • "Мюр и Мергитз" -торгово-промышленное товарищество, упреждённое в 1843 г. в Петербурге шотландцем А. Мерили-зом и его родственником Э. Мюром; оно имело сеть магазинов в Петербурге и Москве.
  • СЭВ (Совет Экономической Взаимопомощи) -экономическая организация социалистических стран, созданная в 1949г
  • ГДР - Германская Демократическая Республика, официальное название подконтрольного СССР государства, существовавшего с 1949 по 1990 г. на территории Восточной Германии
  • Вернисаж в Измайлове - бытовое название популярного стихийного рынка в Измайлове, где продают картины, предметы народных промыслов и т. п.


Возникшая в XII в. маленькая деревянная крепость, обитаемый островок, затерянный среди тогдашних бескрайних лесов, Москва со временем превратилась в порт пяти морей и богатый торговый город. С лёгкой руки западных историков и путешественников сложилось мнение, что русские купцы - изворотливые ловкачи, которые не упустят момента обмануть покупателя. Конечно, в те времена не было цивилизованного рынка, но русский предприниматель по своим деловым и моральным качествам не уступал европейскому. Купеческое искусство всегда было в почёте на московской земле (см. дополнительный очерк "Торговые ряды" к статье "Российская столица"). Московские князья, поддерживая и привечая торговых людей, бывали строги к пройдохам, которых лишали привилегий, штрафовали, били плетьми, а порой и сажали в тюрьмы.

ОТ БАЗАРА К РЫНКУ

В XIX в. каждая девятая торговая сделка в России совершалась в Москве. Панорама торговой Москвы того времени была весьма живописна. Бурлила жизнь на городских рынках - Сухаревском, Хитровом, Смоленском, где совершали покупки горожане разных сословий: рабочие, чиновники, коммерсанты, военные, артисты, "работали" уголовники всех мастей. Москвичи спешили за продуктами в Охотный Ряд, находившийся на месте нынешней гостиницы "Москва". Лавки, где охотники торговали битой птицей, никак нельзя было назвать цивилизованным рынком. На прилавках всегда был выставлен первосортный товар, а в подсобных помещениях и на задних дворах шагу нельзя было ступить, не угодив в кучу гнили или в яму, заполненную вековыми наслоениями отбросов. Между рядами сновали продавцы напитков и нехитрой закуски, а вперемешку с ними - воры-карманники. В невообразимой базарной толчее немало нерасторопных горожан, пришедших запастись едой, теряли деньги, покупки, а иногда и предметы своего гардероба.

Неустроенность, грязь и преступность на рынках всегда были головной болью московских властей. Например, восстанавливая столицу после нашествия Наполеона (см. статью "Исторический рост и планировка Москвы"), в первую очередь реконструировали Верхние торговые ряды на Красной площади, как самые "чистые" и благополучные во всём городе. Тогда архитекторы более всего сожалели о том, что пожар 1812 г. не уничтожил все окрестные базарчики, превращавшие исторический центр Первопрестольной в клоаку.

В XVIII - первой половине XIX в. меры по благоустройству московской торговли не привели к положительным результатам. Конечно, строили лавки и магазины, появлялись новые виды товаров, но мощный импульс столичная торговля получила только после масштабных реформ 60-х гг. Правительство стало активно поддерживать частное предпринимательство. Начали множиться такие формы коммерческих организаций, как общества на паях, торговые дома; заметно оживилось движение денежных потоков - расторопные дельцы, успевшие опередить конкурентов, богатели, расширяли свои предприятия, помня о том, что остановиться - значит потерять лидерство. Названия "Мюр и Мерилиз" (ныне Центральный универсальный магазин - ЦУМ), "Солодовниковский пассаж", "Елисеевский гастроном", "Верхние торговые ряды" были известны всей России.

В начале XX в. крупнейшие магазины во многом определяли внешний облик Москвы. Здесь продавались товары отечественного производства и модных зарубежных фирм. К торговле в таких местах допускали только солидных коммерсантов. Например, известная фирма братьев Сапожниковых, снимавшая 32 торговых помещения, в качестве арендной платы ежегодно отдавала 18 тыс. рублей - по тем временам огромные деньги.

Москва предлагала богатейший выбор товаров и высочайшее качество обслуживания. Девиз магазина "Мюр и Мерилиз" был таким: "Если Вы не знаете, что Вам нужно, то приходите в наш магазин, ЭТО у нас есть". Другой магазин обещал денежную премию покупателю, указавшему на отсутствие какого-либо товара в продаже или на нарушение правил торговли. Чтобы привлечь клиентов в магазины, устраивали выставки и музыкальные вечера, а газеты высказывали суждения, что улицы с модными магазинами - "отличное место для прогулок".

Но прогулки по улицам, где находились лавки купцов попроще, могли закончиться плачевно для приезжего, незнакомого с такой категорией работников торговли, как зазывалы. Эта профессия требовала определённого таланта - ведь задача зазывал заключалась в том, чтобы любым способом завлечь покупателя в магазин, где того буквально ошарашивали навязчивой рекламой и потоками болтовни, убеждая его в необходимости совершить покупку. Как правило, бедолага уходил, унося с собой втридорога приобретённую ненужную вещь.

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ВМЕСТО ТОРГОВЛИ

Все достоинства и недостатки капиталистического рынка имеют место лишь в том случае, если клиенту предоставлена возможность выбирать. Он должен разбираться в качестве и ценах, продавец же борется за покупателя, делая более привлекательным как свой товар, так и магазин. После Октября 1917 г. всё упростилось. Деньги обесценились, товаров стало намного меньше. Вначале это было вызвано объективными причинами: война (с 1914 по 1920 г. Россия непрерывно вела военные действия), разруха, хозяйственный хаос. Дефицит товаров привёл к их жёсткому распределению между гражданами. Большевики, взявшие курс на строительство коммунизма, провозгласили лозунг: "От каждого по способностям, каждому по труду". А для этого торговля не нужна. Рабочие фабрик и заводов, а также солдаты получали так называемые карточки, по которым могли приобрести минимум продуктов. Их едва хватало, чтобы не умереть с голоду. Но были категории жителей, которым карточек не полагалось как "социально чуждым элементам", - это бывшие офицеры, дворяне, буржуазия и члены их семей.

Магазины остались, но отечественная торговля попала под жесточайший контроль всевозможных трестов, главков, наркоматов и министерств. Страна быстро и надолго усвоила смысл таких понятий, как "очередь", "карточки", "дефицит", "товары из-под прилавка" и т. д. В приказном порядке, независимо от истинных потребностей покупателей, решалось, какие товары в какие магазины направить. Теперь предприятия, получавшие "план" сверху, проявляли полную незаинтересованность в улучшении качества товара, а продавцам было всё равно, купят у них что-нибудь или нет. Когда же в магазинах появлялся дефицитный товар, за ним немедленно выстраивалась километровая очередь, в которой простаивали по нескольку часов, а иногда и дней.

Большая часть советских торговых предприятий находилась в ведении Министерства торговли СССР. Столица была "парадной витриной" страны и снабжалась лучшими, дефицитными товарами в первую очередь. Работники московских магазинов тоже стремились держать марку. Так, в Гастрономе № 1 (Елисеевский) в 30-х гг., чтобы ускорить обслуживание населения, впервые в стране стали предварительно фасовать развесной товар - раньше его всегда взвешивали при покупателе. После похорон И. В. Сталина (1953 г.) возобновил работу торговый комплекс на Красной площади, который стал называться ГУМом - Государственным универсальным магазином. Трудовой коллектив ГУМа регулярно выполнял план - руководство магазина, близкое к Министерству торговли, всегда получало ходовой товар.

Рядом с неповоротливой плановой торговлей возникла система фирменных магазинов от заводов, фабрик, сельскохозяйственных объединений, которые подчинялись другим министерствам. До середины 60-х гг. работало 20 тыс. таких магазинов. Однако вскоре большинство из них перешло к всемогущему торговому ведомству. К 1977 г. в стране стало уже менее 700 торговых предприятий, принадлежавших промышленности. Наибольшее количество фирменных магазинов (свыше 200) было у Министерства рыбного хозяйства: первый "Океан" открылся в 1970 г. в Москве, на Комсомольском проспекте. Свои розничные предприятия имели швейные фабрики (например, у "Большевички" было четыре магазина), лесная промышленность (мебельные центры) и т. д. Фирменная торговля позволяла миновать многочисленные барьеры, выставленные государством между производителем товара и его покупателем.

В 70-х гг. в Москве один за другим открылись магазины, торговавшие товарами стран, входивших в СЭВ. Самыми популярными у москвичей и гостей столицы были "Прага" (Чехословакия), "Яд-ран" (1974 г., Югославия), "Ванда", "Влас-та" и "Польская мода" (1977 г., Польша), "Будапешт" и "Балатон" (Венгрия). Задуманные как крупные торговые центры в отдалённых от центра города районах, эти магазины сразу стали играть заметную роль в жизни не только столицы, но и всей страны, - например, в "Лейпциг" за изделиями с этикеткой "Сделано в ГДР" приезжали покупатели из разных городов СССР.

Управлять распределительной экономикой оказалось непомерно сложно. Чтобы хотя бы немного сгладить несоответствие производимых товаров действительным нуждам населения, правительство было вынуждено покупать за рубежом товары широкого потребления. А для этого приходилось продавать на Запад всё больше и больше нефти, газа, леса и других невосполнимых природных богатств. Государство "проедало" собственные ресурсы. Однако более половины граждан копили на своих счетах в сберкассах деньги, потому что на них нечего было купить.

"ДИКИЙ" РЫНОК

Экономический кризис социалистической системы начала 90-х гг. нанёс смертельный удар советской торговле - с прилавков исчезло практически всё. Москва напоминала осаждённый город - очереди за сахаром (по талонам), за третьесортной колбасой (тоже по талонам), очереди в булочные - хозяйки сушили сухари "на чёрный день", а курильщики потрошили окурки, купленные на вес на вернисаже в Измайлове.

Разрядил ситуацию указ Президента Российской Федерации от 29 января 1992 г. "О свободе торговли". Москва в одночасье превратилась в огромную барахолку: привыкшие страшиться милиции, сельские жители безбоязненно повезли в город картофель и морковь, солёные огурцы и грибы. Давно не получавшие зарплаты работники столичных предприятий распродавали сохранившиеся ценности, а сидевшие на мешках с дефицитом спекулянты дождались своего "звёздного часа". Ассортимент такого рынка был убог, цены непомерно велики, ещё не существовало законов, регулирующих свободную торговлю, и государство практически не получало от неё поступлений в виде налогов. Однако главная проблема разрешилась - первый товарный "голод" был удовлетворён.

Постепенно торговля налаживалась: наиболее удачливые дельцы обзаводились киосками и палатками, стихийно возникли первые вещевые рынки. Здесь работали так называемые "челноки". В огромных сумках - баулах - они привозили из-за границы недорогие товары широкого потребления (прежде всего одежду: джинсы, куртки, обувь). Деятельность "челноков" с трудом поддаётся регулированию; с точки зрения международного права большинство из них нарушают закон. Ведь дешёвые брюки с этикеткой известной фирмы - подделка, нарушение прав производителя качественной продукции. Отслеживать движение "челночного" товара и обеспечивать его правильное налогообложение практически невозможно, поскольку такие люди обычно пересекают границу в частном порядке, а не как представители торговых фирм. Попытка же обязать "челноков" использовать в своей работе кассовые аппараты успеха не принесла - такое новшество для многих означало бы конец их "бизнесу". И всё же, помня о том, что значительная часть горожан одевается, покупает аппаратуру и галантерейные товары именно на вещевых рынках, правительство Москвы стремится не ликвидировать, а взять их под контроль, хотя бы косвенным путём. Постепенно растут такие крупнейшие вещевые рынки, как "Коньково", ТИАС, "Динамо".

К концу 90-х гг. стали исчезать неприглядные ларьки и палатки, их места заняли торговые павильоны - более капитальные сооружения, которые порой отличаются оригинальным архитектурным решением. Множество известных зарубежных компаний стремятся открыть собственные магазины в российской столице. Импортных качественных товаров на столичном рынке стало несравнимо больше, чем в лучшие времена советской торговли. Возродились к жизни такие крупные торговые центры, как ГУМ, ЦУМ, "Детский мир"; открылись новые. Как и встарь, не каждый день средний москвич зайдёт в такой магазин, но, решившись на покупку, он может быть уверен, что приобретает надёжный и качественный товар.

КТО КОРМИТ СТОЛИЦУ

Ежедневно москвичи и гости столицы съедают более 2000 т хлеба, до 2000 т мясных продуктов, свыше 700 т молочной продукции и 200 т сахара. Трудно представить себе количество съестного, поглощаемого огромным мегалополисом, однако ещё труднее вообразить масшта-
бы катастрофы, которая разразится, если вдруг город лишится всех своих поставщиков и в одночасье исчезнут все запасы продовольствия. События начала 90-х гг. показали, что снабжение города продовольствием нельзя пускать на самотёк. Сейчас вопросами снабжения в Москве ведают два управления мэрии. Госбюджет не выделяет средств на обеспечение столицы продовольственными товарами, поэтому мэрия создала собственный продовольственный фонд для закупок больших партий дешёвых продуктов. Такие масштабные "интервенции" недорогих товаров не позволяют резко повышаться ценам на самое необходимое. Кроме того, теперь город может содержать постоянный "аварийный" запас основных продуктов - при непредвиденных обстоятельствах их должно хватить самое меньшее на два месяца.

В конце 90-х гг. столица не только закупает продукты, но и выступает в роли заказчика: постоянные поставщики по всей стране заранее планируют, чего и сколько надо вырастить для отправки в Москву. Самыми добросовестными и проверенными поставщиками продуктов на московский продуктовый рынок зарекомендовали себя Подмосковье, Калужская область и Мордовия.

Большая часть продовольствия поступает в столицу тремя сложившимися потоками: из Центральной России, Поволжья и с Кавказа привозят мясо и овощи; из Воронежа, Смоленска, Мордовии, с Украины, из Белоруссии, Литвы, а также Аргентины и Новой Зеландии - растительное и животное масло; из Европы - мясные продукты и сыры. Поставки молока связаны с большими трудностями. Этот скоропортящийся продукт доставляется в Москву в основном в виде сухого порошка, который превращается в готовую продукцию на городских молочных комбинатах. Свежее молоко составляет мизерную часть столичного рынка, и часто за ним выстраиваются очереди покупателей, привлечённых его дешевизной.

Пищевая промышленность города пользуется многочисленными льготами - это спасло её от печальной участи многих заводов и фабрик страны, не выживших в новых условиях. В результате колбасы, сосиски и ветчина фабрики "Микомс" или Черкизовского завода успешно конкурируют с импортными, а молочные продукты и соки Лианозов-ского комбината, крупнейшего в Европе, составляют более половины всех подобных товаров на московском рынке. Конечно, остаётся много нерешённых проблем - не меньше, чем достижений. Не всем москвичам, особенно малоимущим, доступны деликатесы, выставленные в Елисеевском гастрономе, но можно сказать с уверенностью, что голод Москве не грозит. По заключению экспертов, столичный рынок продовольствия готов сейчас к любому спросу, чего никогда не было в истории социалистической Москвы

вверх