ЭНЦИКЛОПЕДИЯ


ПРОМЫШЛЕННОСТЬ МОСКВЫ


"...Каждому промыслу положены особые места и лавки... золотых дел мастера... сапожники, портные, скорняки, шапочники и другие - все имеют свои особые улицы... Также имеются здесь различные ремесленники, преимущественно булочники... Здесь же находится литейный завод... здесь они льют много металлических орудий и больших колоколов" - так в XVII в. описывал центр Москвы немецкий путешественник Адам Олеарий.
Известно такое понятие, как "градо-образующее предприятие" - крупный завод. Он задаёт ритм жизни во всём городе: на нём работает значительная часть жителей, вокруг него строится жильё, ширится торговля. Таким образом, населённый пункт развивается благодаря этому предприятию (например, Волжский автозавод, Новолипецкий металлургический завод). Однако Москва всегда сама направляла развитие промышленности, на протяжении веков здесь возникало множество заводов и фабрик. Начинали своё дело предприимчивые коммерсанты, правительство города поддерживало важные производства, отвечающие насущным потребностям государства. Московская промышленность всегда была довольно пёстрой и разнородной, являя собой срез промышленности всей страны.

СТАРЕЙШИЕ ПРЕДПРИЯТИЯ

"...Только в одной столице Московии живут более искусные мастера, которые, однако, по большей части немцы; в других же местах (городах. - Прим. ред.), кроме портных и сапожников, почти нет никаких мастеров", - писал в XVI в. австрийский посланник в Москве Даниил фон Бухау.

Первый завод в современном понимании появился в Москве в конце XV в. Это был Пушечный двор. Здесь, на левом берегу Неглинки, отливали пушки и колокола. На Пушечном дворе работал и знаменитый мастер Андрей Чохов, который в 1586 г. отлил Царь-пушку - самое крупное орудие Средневековья; им и поныне любуются посетители Московского Кремля. В 1534 г. в Китай-городе, на Варварке, открылся первый в России казённый Денежный (Монетный) двор. Свой "всплеск" московская промышленность пережила при царе Михаиле Фёдоровиче (1613-1645 гг.). Тогда появились второй Пушечный двор, пороховые мельницы, кирпичные заводы, Гранатный, Хамовный полотняный и Стеклянный дворы.

С 1701 г. ведёт свою историю старейшая московская фармацевтическая компания В. К. Феррейна, одна из крупнейших в Европе. В городе отливались пушки и колокола, изготовлялись сладости и строились экипажи. Но наибольшего успеха как в России, так и на мировом рынке добились московские текстильные и швейные мануфактуры: в старину на этих предприятиях было занято большинство рабочих города, доля лёгкой промышленности в экономике столицы достигала 40 %, а само слово "мануфактура" в просторечии надолго стало синонимом ткани. На известном всей России московском Суконном дворе в середине XVIII в. работало почти 1,5 тыс. человек. Многие путешественники отмечали трудолюбие москвичей. Так, итальянский дипломат Джованни Паоло Компани, посетивший Первопрестольную в 1581 г., писал: "В праздничные дни московиты не освобождаются от занятий и телесного труда, они считают, что в эти дни запрещается не труд, а греховные поступки... Таким образом, всегда, будь это день Пасхи или Рождества, они трудятся".

Долгую и богатую событиями историю имеет одна из старейших городских фабрик - Трёхгорная (Прохоров-ская) мануфактура. В 1799 г. крестьянин Троице-Сергиевой лавры Василий Иванович Прохоров и умелец красковар Фёдор Иванович Резанов построили на берегу Москвы-реки, у подножия трёх небольших гор, маленькую ситценабивную мастерскую.

Дело заладилось, и товарищи стали разворачиваться - к 1810 г. заработала прядильная фабрика. Прохоров писал компаньону о разделе грядущих доходов: "Свояк любезный и товарищ Фёдор Иванович... 12 лет тому, как мы с тобой сообща начали ситцевое набойное производство, письменного условия (договора. - Прим, ред.) не делали... Заведение наше началось по словесному условию с положением, что с моей стороны употреблена была сумма, а ваше знание и по производству распоряжение и что Бог поможет получить прибыль делить девять частей поровну, а десятую, не полагая в раздел, оставить в пользу вам одному за ваше знание и распоряжение...". Тем самым Прохоров признавал особую важность опыта своего сотоварища перед вложенными в производство деньгами.

В 1827 г. на Прохоровке работала уже 1 тыс. человек, а во второй половине XIX в. предприятие владело четырьмя трёхэтажными производственными корпусами, 14 отдельными деревянными зданиями. Была запущена также механическая прядильная фабрика. Все вместе они составляли индустриально-текстильный комбинат, оборудованный по последнему слову техники и выпускавший до 60 млн м ткани в год. В 1848 г. Прохо-ровская мануфактура получила высочайшее разрешение императора помещать на этикетках изображение Государственного герба Российской империи.

Условия труда на ткацких предприятиях были тяжёлые: невысокие заработки, строгая дисциплина, жестокие штрафы. Всё это создавало среду, в которой дали богатые всходы революционные идеи. Текстильщики составляли костяк Красной гвардии в 1905 и 1917 гг. Ни одно массовое выступление против властей не обходилось без рабочих Прохоровки. Символично, что после победы большевиков их лидер В. И. Ленин, получивший мандат депутата Моссовета № 1, был выдвинут кандидатом от Трёхгоркой мануфактуры.

Развитие ткацкого дела затрагивало и другие отрасли. Оказались востребованными достижения химической науки. Промышленники испытывали и внедряли искусственные красители, создавали первые синтетические материалы. Машиностроение напрягало все силы, чтобы потеснить западных производителей оборудования - здесь положение было не в пользу России. Так, совладелец ткацкой фабрики Мещерина барон Л. И. Кнопп благодаря поставкам в Россию английских станков мог косвенно контролировать работу более чем 120 предприятий, оборудованных импортной техникой. В Москве стали множиться заводы тяжёлой промышленности. В 1883-1884 гг. Товарищество Московского металлического завода построило Андроньевский завод у Рогожской заставы (завод Ю. П. Гужона), теперь известный под названием "Серп и Молот". К концу XIX в. на нём были запущены две мартеновские печи, выплавлявшие высококачественную сталь. Товарищество владело рудниками под Тулой, угольными копями в Донбассе, а чугун для производства стали доставляло с уральских заводов.

Товары российского производства высоко ценились в мире и составляли серьёзную конкуренцию западным. Московская фирма "Брокар" славилась дешёвым мылом и одеколоном, из которого на Нижегородской ярмарке даже устроила фонтан. Международные выставки в Чикаго, Антверпене и других городах неизменно подтверждали высокое качество российских товаров. Всемирная парижская выставка 1900 г. стала серьёзным успехом многих московских производителей, удостоившихся медалей и почётных дипломов. В числе золотых медалистов выставки в Париже оказались Прохоров-ская мануфактура и завод Гужона. Своим успехом москвичи во многом были обязаны науке: на российских предприятиях быстро и успешно осваивались самые последние открытия и разработки.

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ, РОЖДЁННАЯ ВОЙНОЙ

К началу XX столетия человечество успело накопить огромный багаж научных знаний, которые позволяли изменить облик всей планеты. Однако многие достижения техники продолжали оставаться дорогими игрушками. Мизерным было количество автомобилей и аэропланов, крайне редко применялась радиосвязь. Уходящее столетие было в общем-то удовлетворено стариной. Первая мировая война расставила всё по своим местам. Когда стало очевидно, что преимущество в технике - важное условие победы, воюющие государства бросили колоссальные средства на создание армии грузовиков и вездеходов, самолётов для разведки и бомбометания, сверхдальнобойных пушек и первых танков. Война показала путь дальнейшего развития промышленности: тяжёлая индустрия, массовое производство военной и гражданской техники. Известный конструктор и промышленник А. П. Нагель писал: "Теперь уже несомненно, что мобилизация промышленности с наступлением мира не прекратится и перед нами встанет во весь рост война промышленная".

Принято ставить в заслугу большевикам индустриализацию страны - создание мощнейшей тяжёлой промышленности, которая позволила Красной армии победить механизированные немецкие полчища в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Однако это не совсем правильно: правительство Российской империи прекрасно понимало, что проигрыш "войны промышленной" может стать не меньшей катастрофой, чем поражение в вооружённом противостоянии. К 1915 г. между правительством и крупнейшими предпринимателями было достигнуто соглашение о путях скорейшего развития тяжёлой индустрии. Государственным заказчиком стало Главное военно-техническое управление Военного министерства. Оно заложило новые заводы и стало финансировать реконструкцию старых предприятий. В Москве и Московской губернии были основаны автомобильные заводы АМО и "Русский Рено", а также "Руссо-Балт", эвакуированный из Риги и Ревеля (ныне Таллин). Но ни один из них так и не открылся до Октября 1917 г.

В 1918 г. началась национализация предприятий: по решению трудовых коллективов заводы и фабрики отнимали у прежних владельцев и передавали их в управление рабочим. Через год этот процесс стал массовым: в течение трёх лет было национализировано более двух третей московской промышленности. Централизация усиливалась с каждым днём. Родственные предприятия объединялись в тресты: "Москож", "Автотрест", "Машинотрест", "Стройтрест", "Моссельпром" и др. Вопросами промышленности Москвы и Подмосковья стал ведать Московский совет народного хозяйства (МСНХ), который подчинялся Всероссийскому совнархозу (ВСНХ).

"Москва ситцевая" сгинула в Гражданской войне и разрухе, вновь возродившись Москвой машиностроительной, приборостроительной и электротехнической - индустриальной столицей индустриального государства. Предприятиями всесоюзного значения стали Завод револьверных станков, Завод измерительных приборов "Калибр", новый Машиностроительный завод имени Серго Орджоникидзе. В предвоенном 1940 году машиностроение и металлообработка составляли почти половину промышленности города. Каждый пятый металлорежущий станок, выпускавшийся в Советском Союзе, и почти каждый второй грузовой автомобиль собирали рабочие столицы.

После войны и разгрома фашизма картина мировой экономики снова изменилась. Стало ясно, что будущее - за "высокими технологиями", а не за тяжёлой индустрией. Изобретение ядерного оружия сделало бессмысленным массовое производство танков на случай нового глобального конфликта. Теперь московские станкостроители стали выпускать более сложную технику - специальные станки, автоматические линии, целые автоматизированные цеха для заводов.
В столице как грибы множились разного рода научно-исследовательские институты и научно-производственные объединения. Они должны были разрабатывать новые технологии, основанные на последних научных достижениях. Институты, работавшие на военную промышленность, были строго засекречены, даже москвичи не знали их адресов - вместо них в переписке указывался номер "почтового ящика". Поэтому в народе такие учреждения прозвали "ящиками". За короткое время число этих организаций выросло в несколько раз. К 80-м гг. на них и в сфере науки было занято до 20 % горожан. В столице проводилась примерно треть всех фундаментальных научных исследований в СССР, здесь было зарегистрировано до 60 % открытий, сделанных советскими учёными. "Московскую прописку" получило множество институтов горной промышленности, сельского хозяйства и др. Эффективность работы падала с каждым годом, всё меньше и меньше разработок оказывалось востребованными, из всех технических нововведений, машин и приборов всего лишь 17 % могли конкурировать с западными аналогами.

Машиностроение и традиционная для Москвы лёгкая промышленность медленно угасали, доля их в городском хозяйстве снижалась, качество продукции ухудшалось, многие изделия морально устаревали уже к моменту выпуска. Москвичи не шли работать на текстильные и машиностроительные предприятия города - приходилось нанимать ино-городних. На сборочном конвейере ЗИЛа таких рабочих к 80-м гг. было подавляющее большинство.

УПАДОК ЭКОНОМИКИ

Социалистическая экономика приходила в упадок, и это было заметно в большинстве отраслей хозяйства. В конце 60-х гг. правительство страны предприняло меры по усилению "экономического стимулирования" производства. Однако эти меры особых результатов не дали: когда нет рынка, предприятию не обязательно бороться за сбыт своей продукции, за каждого клиента, следить за качеством.
Перестройка, начавшаяся в конце 80-х гг., была призвана предотвратить тяжёлый кризис "затратной экономики", как её назвали позже. Кризис, кстати, во многом был вызван резким падением мировых цен на нефть, которая приносила валюту в государственный бюджет. Но если в начале XX в. правительство России стимулировало развитие и применение новой техники, то реформаторы 90-х гг. даже не ставили перед собой задачу развивать промышленность за счёт внедрения современных технологий.

Руководству столицы досталось тяжёлое наследство: единственными направлениями производства, которые к 2000 г. выпускают продукции не меньше, чем до реформ, остались две отрасли промышленности - полиграфическая и пищевая. С трудом поднимается на ноги тяжёлая промышленность, а знававшее лучшие времена автомобилестроение обязано своим существованием правительству Москвы: в марте 1999 г. было прекращено дело о банкротстве Автомобильного завода имени Ленинского комсомола (АЗЛК). Просить суд смилостивиться над "Москвичом" пришлось столичным властям. Поддержка мэрией автозаводов огромна: от заказов на постройку автомобилей до прямых финансовых вливаний.

Возможно, пройдут годы и снова о столице можно будет сказать словами французского архитектора Ш. Э. Ле Корбюзье: "Москва - фабрика планов, обетованная земля для специалистов".

вверх